Обзор судебной практики связанной с реализацией участниками обществ с ограниченной ответственностью права на получение действительной стоимости доли в уставном капитале

I. Требования, предъявляемые к заявлению участника  Общества с ограниченной ответственностью с целью признания его правовым основанием для перехода доли к Обществу и выплаты вышедшему участнику действительной стоимости доли.

1.  Сделка  по  добровольному выходу участника из Общества с  ограниченной  ответственностью,  в  результате  чего доля  переходит к  Обществу, а у участника Общества возникает право на требование  выплаты  действительной  стоимости  доли, является односторонней и должна быть оформлена только в письменной форме и не обязательно в  виде отдельного заявления. Любые подлинные документы дают  возможность участнику обратиться к Обществу о выплате  действительной  стоимости доли, в том числе: журнал входящей корреспонденции, в котором имеется запись о том, что в Общество поступило заявление лица о его выходе из состава участников; письмо участника о банковских реквизитах,  куда  необходимо  перечислить  действительную стоимость доли; письмо Общества, в котором оно сообщает данному участнику о порядке выплаты действительной стоимости доли; телеграмма о выходе.

Компания обратилась в арбитражный суд с иском к Обществу о взыскании части подлежащей выплате действительной стоимости доли в уставном капитале Общества и процентов за пользования чужими денежными средствами.

Исковое заявление мотивировано неисполнением Обществом обязанности по выплате Компании действительной стоимости доли в связи с подачей заявления о выходе из состава участников.

Решением суда первой инстанции исковое заявление удовлетворено и мотивировано тем, что участие Компании в Обществе установлено вступившим в законную силу судебными актами, Компанией подано заявление о выходе из состава участников Общества телеграммой, действительная стоимость доли Компании подлежит выплате, произведенный Компанией расчет является правильным.

Постановлением арбитражного суда апелляционной инстанции решение суда первой инстанции оставлено без изменения и мотивировано подтверждением правомерности выводов суда первой инстанции.

Обжаловав в суд кассационной инстанции вышеуказанные судебные акты, Общество ссылается на то, что телеграмма не может быть признана надлежащим доказательством, подтверждающим подачу заявления о выходе Компании из состава участников Общества.

Суд кассационной инстанции оставил без изменения решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции указав, что судебными инстанциями правильно установлено, что заявление о выходе Компанией подано путем подачи телеграммы, что не противоречит нормам гражданского законодательства. Получение соответствующей телеграммы Обществом не оспаривается. При рассмотрении настоящего дела необходимым условием является установление наличия воли участника на выход из состава участников Общества. Волеизъявление Компании было выражено в полученной Обществом телеграмме.

Учитывая, что получение заявления о выходе из состава участников не требует от Общества совершения немедленных действий, получение телеграммы Обществом, последующее подтверждение заявления о выходе Компанией письмом, судебные инстанции правомерно установили возникновение у Общества обязанности по выплате действительной стоимости доли по итогам работы Общества.

2.  Первый подход. В отсутствие письменного обращения о выходе из состава  участников Общества протоколы общего собрания о выводе участника из состава Общества не подтверждают выход из состава участников и не влекут переход доли к Обществу.

Гражданин обратился в арбитражный суд с иском к Обществу о признании права на долю в уставном капитале Общества.

Иск обоснован тем, что Гражданин являясь участником Общества, впоследствии приобрел большую долю в уставном капитале на основании решения общего собрания участников Общества о распределении доли вышедшего из Общества участника. Поскольку решением арбитражного суда по другому делу признана недействительной государственная регистрация изменений в учредительные документы Общества, связанных с выходом одного из участников, Общество не признает право Гражданина на долю в уставном капитале Общества.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции, в удовлетворении иска отказано по мотиву истечения срока исковой давности. Постановление мотивировано тем, что представленные в дело доказательства не подтверждают факт проведения собраний участников Общества, а также выхода из его состава одного из участников. Вследствие этого не доказано наступление последствий, предусмотренных статьей 24 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее по тексту – ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью"), наличие оснований для перераспределения доли выбывшего участника между другими участниками Общества и для возникновения у истца права на долю в уставном капитале Общества.

Суд кассационной инстанции оставил в силе судебные акты нижестоящих судов, сославшись на то, что суды принимая решения, верно исходили из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 26 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" участник Общества вправе в любое время выйти из Общества.

Поскольку заявление участника о выходе из Общества является сделкой, направленной на изменение учредительных документов, такая сделка в силу пункта 1 статьи 452 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) должна быть оформлена в той же форме, что и договор. Учитывая, что учредительный договор оформляется только в письменной форме, то и сделка по выходу участника из Общества (заявление) также должна быть оформлена только в письменной форме.

С момента подачи заявления о выходе из Общества доля участника переходит к Обществу, и участник выбывает из Общества. Ни ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", ни иные нормативные правовые акты не содержат указания на то, что участник Общества считается вышедшим из Общества с момента принятия об этом решения общего собрания участников Общества.

Арбитражный суд первой инстанции и апелляционный суд, исследовав и оценив доказательства по делу, установили, что письменное заявление участника о выходе из Общества отсутствует.

С учетом изложенного выводы апелляционного суда о том, что по делу не доказаны факты подачи заявления участником о выходе из Общества, проведения собраний и выхода из состава участников Общества на основании решений указанных собраний, соответствуют установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Второй подход. Протоколы общего собрания о выводе участника из состава Общества являются документами, подтверждающими выход участника из состава Общества.

Общество обратилось в арбитражный суд с иском к Обществу о взыскании задолженности по выплате действительной стоимости доли истца в уставном капитале Общества. Требования обоснованы тем, что истец заявил ответчику о своем выходе.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции, в иске отказано на том основании, что истец не доказал предоставления ответчику заявления о выходе из состава участников Общества.

В кассационной жалобе истец просил отменить принятые судебные акты и удовлетворить иск, ссылаясь на то, что представленными в дело доказательствами (протокол общего собрания участников Общества, письмо ответчика, свидетельские показания) подтверждается подача истцом и рассмотрение ответчиком заявления о выходе из состава участников Общества.

Суд кассационной инстанции оставил без изменения судебные акты, указав, что письменное заявление участника о выходе его из Общества является не единственным надлежащим доказательством, подтверждающим соответствующее волеизъявление участника на устранение в управлении делами Общества. Ссылка суда первой инстанции на статью 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является неправильной, поскольку суд не применил подлежащую применению норму статьи 162 ГК РФ о допустимости подтверждения совершения сделки иными доказательствами, за исключением свидетельских показаний. Судебные инстанции безосновательно не приняли во внимание протокол общего собрания участников Общества и письмо о получении ответчиком заявления истца о выходе из состава участников Общества, тем более, что данные доказательства исходят от ответчика, оспаривающего факт подачи заявления, а Общество признает совершение им сделки выхода из Общества. Вместе с тем суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что последующие действия истца свидетельствовали об отсутствии волеизъявления на выход из Общества и суд кассационной инстанции оставил в силе судебные акты судов.

  3. Временем подачи заявлений о выходе из состава участников  следует считать дату получения заказного письма Обществом в лице  уполномоченных органов или работников, уполномоченных на передачу  данной корреспонденции надлежащим лицам, а не дату передачи  почтового отправления  отделению  связи.

Граждане обратились в арбитражный суд с иском к Обществу о взыскании действительной стоимости долей в уставном капитале Общества.

Решением суда первой инстанции исковые требования были удовлетворены. Суд исходил из того, что Общество обязано выплатить истцам, подавшим заявления о выходе из состава участников, действительную стоимость их доли.

Постановлением суда апелляционной инстанции решение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении исковых требований отказано. Судебный акт мотивирован тем, что временем подачи истцами заявлений о выходе из состава участников следует считать дату получения заказного письма Обществом, а не дату передачи почтового отправления отделению связи (пункт 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью"").

Суд кассационной инстанции оставил без изменения постановление суда апелляционной инстанции ввиду следующего.

Статьей 26 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" закреплена процедура реализации участником его права выхода из Общества. При этом порядок определения даты подачи заявления о выходе из состава участников Общества законодательно не определен.

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью"" арбитражным судам разъяснено, что временем подачи заявления о выходе является день передачи его участником как совету директоров (наблюдательному совету) либо исполнительному органу Общества (единоличному или коллегиальному), так и работнику Общества, в обязанности которого входит передача заявления надлежащему лицу, а в случае направления заявления по почте - день поступления его в экспедицию либо к работнику Общества, выполняющему эти функции.

На основании приведенных норм суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что временем подачи истцами заявлений о выходе из состава участников следует считать дату получения Обществом заказных писем, а не дату передачи почтовых отправлений отделению связи.

 

4. Надлежащим  считается  вручение  заявления  о  выходе  из  состава  Общества,  врученное  не  любому  работнику,  а  работнику,  к должностным обязанностям которого относится ведение делопроизводства по входящей и исходящей корреспонденции связанной с выходом участника из состава  Общества.

Гражданин обратился в арбитражный суд с иском к Обществу о взыскании с Общества невыплаченной действительной стоимости доли, дивидендов, процентов за пользование чужими денежными средствами.

Суд первой инстанции исковые требования удовлетворил в части взыскания дивидендов и процентов, а в удовлетворении требования о взыскании действительной стоимости доли отказал ввиду недоказанности факта выхода истца из состава участников Общества. 

Решение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении заявления о взыскании действительной стоимости доли оставлено без  изменения судом апелляционной и кассационной инстанции по следующим основаниям.

В  соответствии  с  пунктами 1 и 2 статьи 26 ФЗ «Об обществах  с ограниченной ответственностью» временем подачи такого заявления следует  рассматривать день передачи его участником как совету директоров  (наблюдательному совету) либо исполнительному органу Общества  (единоличному или коллегиальному), так и работнику Общества, в обязанности  которого входит  передача  заявления  надлежащему  лицу, а в  случае направления заявления по почте - день поступления его в экспедицию  либо к работнику Общества, выполняющего эти функции.

Бремя доказывания факта подачи заявления о выходе надлежащему лицу лежит на истце, однако такие доказательства истец не представила.

Судами установлено, что заявление о выходе получено сметчиком,  которая исполняла обязанности инспектора отдела кадров, к должностным  обязанностям которого не относится ведение делопроизводства по входящей  и исходящей корреспонденции Общества по трудовым отношениям и не  являлась работником, в обязанности которого входит передача заявления о  выходе из состава участников надлежащему лицу (совету директоров, исполнительному органу Общества).

5. Заявление, направленное участником Общества по адресу, отличающемуся от указанного в Едином государственном реестре юридических лиц, может быть не признано судом в качестве доказательства направления Обществу заявления о выходе из него и получения его последним.

Общество обратилось в арбитражный суд к Обществу с иском об обязании выплатить действительную стоимость доли.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции, в иске отказано.

Суд кассационной инстанции указал на отсутствие оснований для отмены обжалуемых судебных актов и оставил без изменения решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции, ввиду, того что суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, пришел к выводу, что истец не представил надлежащих доказательств, подтверждающих факт получения заявления о выходе из Общества, поскольку заявление направлено по иному адресу, отличающемуся от указанного в выписке из Единого государственного реестра юридических лиц.

Апелляционная инстанция согласилась с выводами суда первой инстанции и указала, что получение заказного письма с заявлением о выходе из Общества гражданином доказательством получения заявления не является, поскольку в деле не имеется доказательств того, что указанный гражданин является работником Общества. 

6. Представление извещения о поступлении в адрес Общества заказного письма с уведомлением без отметки о его получении не свидетельствует о получении Обществом заявления о выходе участника Общества из его состава.

Гражданин обратился в арбитражный суд с иском к Обществу о взыскании действительной стоимости доли в уставном капитале Общества.

Решением суда первой инстанции в удовлетворении исковых требований отказано. Решение мотивировано непредставлением участником Общества надлежащих доказательств, подтверждающих своевременную подачу заявления о выходе из состава участников Общества.

Постановлением суда апелляционной инстанции решение суда апелляционной инстанции оставлено без изменения.

Суд кассационной инстанции оставил в силе обжалуемые судебные акты и указал следующее.

Участником подано заявление о выходе из состава участников Общества. Заявление о выходе из состава участников Общества подано различными способами, в том числе направлено через почтовое отделение непосредственно в адрес Общества. Согласно имеющейся в материалах дела квитанции письмо Гражданина принято отделением связи. Данное заявление получено Обществом, что подтверждается уведомлением о вручении почтового отправления. При этом, судебная коллегия указала на  правомерное указание Общества о том, что наличие извещения о поступлении в адрес Общества заказного письма с уведомлением не свидетельствует о вручении самого письма.

Другой экземпляр заявления направлен Гражданином Обществу через курьерскую службу в приемную, которое было получено охранником.  Получение заявления охранником не может быть рассмотрено как получение заявления уполномоченным лицом Общества, поскольку он не является сотрудником Общества и, тем более, данным лицом.

Следующий экземпляр заявления направлен на имя заместителя директора по экономике и финансам Общества по домашнему адресу. Накладная о доставке заявления подтверждает вручение ей корреспонденции. Кроме того, судебные инстанции правомерно указали, что она не является уполномоченным лицом на получение служебной корреспонденции, направленной в адрес Общества. Данным уполномоченным лицом является другой работник Общества, которая зафиксировала в журнале регистрации входящей корреспонденции Общества поступление заявления Гражданина о выходе из состава участников Общества.

В соответствии с разъяснениями, данными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.99 № 90/14 "О некоторых вопросах применения ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", временем подачи заявления о выходе участника из Общества в целях применения статьи 26 Закона следует рассматривать день передачи его участником как совету директоров (наблюдательному совету) либо исполнительному органу общества (единоличному или коллегиальному), так и работнику Общества, в обязанности которого входит передача заявления надлежащему лицу, а в случае направления заявления по почте - день поступления его в экспедицию либо к работнику Общества, выполняющему эти функции.

Вышеизложенная позиция свидетельствует о применении в качестве доказательства не передачу заявления органу связи, а непосредственное получение заявления Обществом, в лице его уполномоченного лица.

Судебными инстанциями правомерно установлено, что Гражданином не представлено надлежащих доказательств, подтверждающих получение Обществом заявления о выходе из состава участников Общества.

II. Порядок определения действительной стоимости доли.

1. Установленный в ФЗ «Об обществах с ограниченной  ответственностью» порядок определения действительной стоимости доли участника основывается на данных бухгалтерской отчетности, отражающих имущественное положение Общества, без учета каких-либо повышающих и понижающих коэффициентов, применяемых экспертами.

Гражданин, выйдя из Общества путем подачи заявления, обратился в арбитражный суд с иском к Обществу о взыскании действительной стоимости доли, равной 25 процентам его уставного капитала.

Решением суда первой инстанции иск удовлетворен частично.

Постановлением суда апелляционной инстанции решение суда первой инстанции оставлено без изменения. Судебные акты мотивированы выводами судебной финансово-экономической экспертизы.

Суд кассационной инстанции вышеуказанные судебные акты отменил.

В заявлении, поданном в Высший Арбитражный суд Российской Федерации, Общество просило отменить постановление суда кассационной инстанции, ссылаясь на то, что суд переоценил результаты проведенной экспертизы, дав им собственную оценку.

Высший Арбитражный суд Российской Федерации оставил без изменения постановление суда кассационной инстанции, указав на то, что суд, отменяя судебные акты судов первой и апелляционной инстанций, вынесенные на основании назначенной экспертизы, исходил из установленного статьей 26 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" порядка определения действительной стоимости доли, не предусматривающего использования повышающих и понижающих коэффициентов, примененных экспертами.

Применение повышающих и/или понижающих коэффициентов влечет необоснованное увеличение/уменьшение стоимости долей участников Общества оставшихся в Обществе после выхода из него другого участника. Суд кассационной инстанции при определении размера действительной стоимости доли обоснованно исходил из положений ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" о том, что стоимость доли участника Общества соответствует части стоимости чистых активов Общества пропорциональной размеру его доли.  

2. Вопрос о способе выплаты (денежная выплата или выдача равноценного имущества) Общество принимает самостоятельно, что соответствует положениям статьи 320 Гражданского кодекса  Российской  Федерации, согласно которой право выбора исполнения  альтернативного обязательства принадлежит  должнику.

Гражданин обратился в арбитражный суд с иском к Обществу о признании недействительным решения генерального директора Общества о рассмотрении его вопроса о выделении доли в общем имуществе на собрании учредителей без указания срока и обязании Общества принять решение о выделе ему доли как вышедшему участнику путем передачи в собственность 1/5 доли в праве собственности на нежилое помещение.

Решением суда первой инстанции в иске отказано.

В кассационной жалобе Гражданин просил отменить решение суда, указав, что вывод суда первой инстанции, о том, что право на получение вышедшим участником Общества причитающейся ему доли (в денежном выражении или в натуре) зависит от решения общего собрания, противоречит уставу Общества, который имеет большую юридическую силу по сравнению с решением общего собрания участников.

Суд кассационной инстанции оставил в силе решение суда первой инстанции, указав, что суд первой инстанции обоснованно сделал вывод о том, что выделение выходящему из состава Общества участнику действительной стоимости его доли, либо с согласия участника Общества выдача ему в натуре имущества такой же стоимости, производится по решению самого Общества, является правом Общества и требует лишь согласования с выходящим участником. Данный вывод основан на материалах дела и соответствует положениям статьи 320 ГК РФ (согласно которой право выбора исполнения обязательства принадлежит должнику) и части 2 статьи 26 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью".  

2.1. Участник Общества не имеет права настаивать на передаче ему имущества, в котором он заинтересован, вместо выплаты действительной стоимости его доли в уставном капитале Общества, он лишь вправе согласиться с выдачей ему имущества в натуре, соответствующего действительной стоимости принадлежащей ему доли.

Гражданин обратился в арбитражный суд с иском к Обществу о взыскании действительной стоимости доли в виде передачи в натуре имущества-доли в праве общей долевой собственности на здание.

Решением суда первой инстанции в удовлетворении исковых требований отказано. Решение мотивировано тем, что ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» не предусмотрена возможность выплаты Обществом имущественного эквивалента действительной стоимости доли вышедшего участника. Кроме того, ответчик предлагал выдать истцу имущество в натуре, о чем был составлен передаточный акт, однако истец от подписания указанного акта отказался.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению ввиду следующего.

Согласно действующему законодательству решение о способе выплаты участнику действительной стоимости принадлежащей ему доли (в виде денежных средств либо выдачи имущества в натуре) принимает Общество, а участник вправе выразить свое согласие на получение действительной стоимости доли в виде имущества стоимостью, соответствующей действительной стоимости принадлежащей ему доли. Следовательно, выдача имущества в натуре является правом Общества, а не его участника.

Из материалов дела видно, что между Обществом и вышедшим участником возник спор по поводу передаваемого в счет доли выходящего участника имущества.

Поскольку стороны не достигли согласия относительно выдела доли истца в натуре, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что суд первой инстанции правильно отказал в удовлетворении исковых требований, а доводы апелляционной жалобы основаны на неверном понимании норм материального права заявителем. При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований к отмене либо изменению решения суда первой инстанции.

2.2. Согласно ФЗ  «Об  обществах  с ограниченной  ответственностью» не допускается выплата участнику, вышедшему из Общества,  действительной стоимости доли путем оказания Обществом услуг  такому  участнику. 

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с иском о признании недействительной сделки по безвозмездной передаче в собственность Общества с ограниченной ответственностью (далее по тексту- ООО) доли участника Закрытого акционерного общества (далее по тексту-ЗАО) в уставном капитале в виде движимого и недвижимого имущества, составляющую 99,8 процента уставного капитала.

Решением суда первой инстанции в иске отказано. Суд первой инстанции оценил оспариваемую сделку как возмездную, поскольку между ЗАО и ООО заключен договор на оказание социальных услуг, согласно которому ООО взамен переданной ему доли в уставном капитале принимает на себя обязанности ЗАО перед своими работниками и акционерами бесплатно выполнять работы и оказывать услуги (вспашку огородов, садовых участков, доставку удобрений, комбикормов, зерна и т.п.) в течение 10 лет.

Постановлением суда апелляционной инстанции решение отменено, исковые требования удовлетворены.

Суд апелляционной инстанции счел, что выход ЗАО из состава участников ООО произведен с нарушением положений статей 23, 26 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью". Действительная стоимость доли ЗАО в уставном капитале ООО не определена, не определена и стоимость услуг, поэтому услуги, оказанные по договору, нельзя признать оплатой действительной стоимости доли. Названный договор не может служить доказательством возмездности оспариваемой сделки, поскольку услуги, приведенные в нем, оказываются не ЗАО, а работникам и акционерам последнего, то есть третьим лицам.

Суд кассационной инстанции постановление суда апелляционной инстанции отменил, решение суда первой инстанции оставил без изменения.

По мнению суда кассационной инстанции, действия ЗАО по выходу из ООО являются односторонней сделкой, совершенной в соответствии с требованиями закона. Воля ЗАО была направлена на выход из ООО и на получение действительной стоимости доли в уставном капитале последнего. Договор на оказание социальных услуг предусматривает порядок оплаты действительной стоимости доли, что опровергает доводы истца о безвозмездном переходе доли к ООО.

Высший Арбитражный Суд Российской Федерации решение суда первой инстанции и постановление суда кассационной инстанции отменил и оставил без изменения постановление суда апелляционной инстанции ввиду следующего.

Выход участника общества из общества регламентируется нормами статьи 26 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", в которой установлен конкретный срок выплаты доли.   

Сделка по возмещению участнику ООО стоимости его доли путем оказания услуг в течение 10 лет противоречит требованиям указанного Закона. На основании статей 166, 168 ГК РФ она является ничтожной.

3. Применение упрощенной системы налогообложения не освобождает Общество от необходимости составления по данным об  имущественном и финансовом  положении и результатам хозяйственной  деятельности бухгалтерской отчетности, а также расчета стоимости чистых активов, в целях обеспечения информационной открытости и возможности реализации участниками своих прав по получению  действительной стоимости доли в уставном капитале Общества.

Граждане, вышедшие из Общества, (находящегося на упрощенной системе налогообложения) обратились в арбитражный суд с иском о взыскании действительной стоимости доли, которая не была уплачена Обществом в связи с подачей заявления о выходе из состава участников Общества.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда, исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Суд кассационной инстанции оставил без изменения судебные акты судов нижестоящих судебных инстанций по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 6.1 статьи 23 ФЗ «Об обществах с ограниченной  ответственностью»  в  случае  выхода  участника Общества  из  общества  в  соответствии  со  статьей 26 ФЗ  «Об обществах  с ограниченной  ответственностью» его доля переходит к Обществу и Общество обязано в  течении 3-х месяцев со дня подачи заявления выплатить участнику Общества,  подавшему заявление о выходе из Общества, действительную  стоимость его доли в уставном капитале Общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности Общества за последний  отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из  Общества или с согласия этого участника Общества выдать ему в натуре  такой же стоимости.

По общему правилу, установленному ФЗ «О бухгалтерском учете» и  главой 26.2 Налогового кодекса Российской Федерации организации, находящиеся на упрощенной  системе налогообложения, освобождены от обязанности ведения  бухгалтерского учета и должны вести налоговый учет показателей своей деятельности на основании книги учета доходов и расходов.

В то же время учет основных средств и нематериальных активов  ведется организациями, находящимися на упрощенной системе  налогообложения в порядке, предусмотренном законодательством о бухгалтерском учете.

Применение упрощенной системы налогообложения не освобождает Общество от необходимости составления по данным об имущественном и финансовом положении и результатам хозяйственной деятельности бухгалтерской отчетности в целях обеспечения информационной  открытости  и возможности реализации участниками своих прав по получению  действительной стоимости доли в случаях, предусмотренных законодательством.

Согласно пункту 29 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в РФ, утвержденной Приказом Министерства  финансов РФ от 29.07.1998г. № 34н, организация должна составлять  бухгалтерскую отчетность за месяц, квартал и год нарастающим итогом с начала отчетного года. При этом исходя из пункта 37 Положения по ведению  бухгалтерского учета для составления бухгалтерской отчетности отчетной  датой считается последний календарный день отчетного периода.

Таким образом, стоимость имущества Общества должна определяться на основании данных бухгалтерской отчетности на последний календарный день месяца, предшествующего месяцу подачи истцами заявлений.

4.  Действительная стоимость доли в уставном капитале Общества при выходе его участника определяется с учетом рыночной стоимости чистых  активов  (движимого и  недвижимого имущества, отраженного на балансе Общества). Нормы ФЗ «Об обществах с ограниченной  ответственностью» о порядке определения действительной стоимости  доли являются императивными и не могут быть изменены Уставом.

Гражданин обратился в арбитражный суд с иском к Обществу о взыскании стоимости его доли в уставном капитале.

Решением суда первой инстанции требования истца удовлетворены. Судебный акт мотивирован обязанностью ответчика выплатить действительную стоимость доли истца в уставном капитале Общества, исходя из ее рыночной стоимости. При вынесении решения суд принял во внимание расчет действительной стоимости доли, произведенный экспертами.

В кассационной жалобе Общество просило отменить решение суда первой инстанции, ввиду того, что суд необоснованно руководствовался результатами экспертизы, исходя из рыночных цен на имущество Общества.

Суд кассационной инстанции оставил без изменения решение суда первой инстанции по следующим основаниям.

В процессе рассмотрения спора Общество не оспаривало факт наличия задолженности, однако не согласился с заявленной истцом стоимостью его доли, рассчитанной по рыночным ценам на основные средства Общества.

В пункте постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью"" разъяснено, что если участник не согласен с размером действительной стоимости его доли, определенной Обществом на основании данных бухгалтерской отчетности, суд проверяет обоснованность его доводов, а также возражений Общества на основании представленных доказательств, в том числе заключения проведенной по делу экспертизы.

В такой ситуации суд первой инстанции обоснованно, в целях выяснения действительной стоимости доли истца в уставном капитале ответчика назначил проведение экспертизы.

Согласно заключению эксперта действительная стоимость 20% доли уставного капитала Общества, определенная исходя из рыночной оценки основных средств.

На основании указанного, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что ответчик, с учетом оплаченных Обществом денежных средств обязан доплатить вышедшему участнику Общества некоторую сумму.

При этом суд кассационной инстанции отклонил довод Общества о необоснованности взыскания стоимости доли истца исходя из рыночной стоимости основных средств ответчика, как основанный на неправильном понимании норм материального права. По смыслу правила пункта 3 статьи 26 ФЗ «Об обществах  с ограниченной  ответственностью» действительная стоимость доли в уставном капитале Общества при выходе его участника определяется с учетом рыночной стоимости недвижимого имущества, отраженного на балансе Общества.   

5. ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» не предусматривает такого способа защиты  нарушенного права  участника Общества,  заявившего о своем выходе из состава участников, как признание незаконным отказа Общества по определению действительной  стоимости доли в уставном капитале. Единственным надлежащим  способом защиты нарушенного права в виде невыплаты в  установленные законом сроки действительной стоимости доли является  требование о выплате действительной стоимости доли уставного капитала.

Гражданин обратился в арбитражный суд с иском к Обществу о признании незаконным отказа определить действительную стоимость доли истца в уставном капитале Общества с учетом рыночной стоимости имущества ответчика, о взыскании невыплаченной части действительной стоимости доли в уставном капитале, о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами.

Суд первой инстанции удовлетворил заявленные требования в части взыскания задолженности по выплате действительной стоимости доли уставного капитала и процентов за пользование чужими денежными средствами. В части признания незаконным отказа Общества отказал. Судебный акт мотивирован тем, что из положений статьи 26 ФЗ «Об обществах  с ограниченной  ответственностью»  следует, что действительная стоимость доли в уставном капитале Общества при выходе его участника определяется в том числе, с учетом рыночной стоимости недвижимого имущества, отраженной в балансе Общества. При определении размера рыночной стоимости спорной доли суд первой инстанции руководствовался заключением судебной экспертизы.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что решение суда первой инстанции подлежит изменению в части взыскания задолженности по выплате действительной стоимости доли уставного капитала и процентов за пользование чужими денежными средствами.

В части заявленных исковых требованиях о признании незаконным отказа Общества определить действительную стоимость доли истца в уставном капитала Общества с учетом рыночной стоимости имущества ответчика, суд апелляционной инстанции оставил в силе судебный акт суда первой инстанции ввиду следующего.

ФЗ «Об обществах  с ограниченной  ответственностью» не предусматривает такого способа защиты нарушенного права участника Общества, заявившего о своем выходе из состава участников, как признание незаконным отказа Общества определить действительную стоимость доли уставного капитала. Кроме того, данное требование не способно реально восстановить нарушенное право истца.

Из положений статьи 26 Закона «Об обществах с ограниченной  ответственностью» следует, что единственным надлежащим способом защиты нарушенного права вышедшего участника Общества из состава Общества, является требование о выплате действительной стоимости доли уставного капитала.

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о необходимости отказать в удовлетворении требований в указанной части.

 6. Наличие соглашения сторон о размере действительной  стоимости доли и отсутствие возражений в отношении размера  выплаченной стоимости доли не лишают вышедшего участника, в  последующем, оспорить данное соглашение.

Общество в лице конкурсного управляющего обратилось в арбитражный суд о взыскании действительной стоимости доли в связи с выходом из числа участников Общества на основании заявления о выходе.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении исковых требований, ссылаясь на то, что обязательства ответчика по выплате действительной стоимости доли прекращены в соответствии со статьей 408 ГК РФ надлежащим исполнением, а именно передачей имущества в натуре на сумму по соглашению сторон.

Суд апелляционной инстанции отменил решение суда первой инстанции и удовлетворил исковые требования в полном объеме, исходя из того, что наличие соглашения сторон о размере действительной стоимости доли и отсутствие возражений в отношении размера выплаченной стоимости доли при получении имущества не лишает в последующем Общество оспаривать размер действительной стоимости его доли и требовать взыскания невыплаченной части в судебном порядке. Суд апелляционной инстанции установил, что размер рыночной стоимости нежилого здания, стоимость чистых активов и действительная стоимость доли в размере 54,5% определены заключением судебной строительно-технической и финансово-экономической экспертизой, в связи с чем с учетом частично выплаченной стоимости доли исковые требования заявлены обоснованно и подлежат удовлетворению в полном объеме на основании статьи 26 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью".

Суд кассационной инстанции оставил в силе постановление суда апелляционной инстанции, указав, что выводы суда соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права. 

7. Наличие в уставе Общества указания на то, что участнику,  подавшему заявление о выходе из Общества,  Общество  обязуется  выплатить действительную долю или выдать имущество в натуре в конкретный срок (который может быть больше установленного законом срока)  лишает заявителя  права требовать выплаты действительной  стоимости доли в более ранние сроки, поскольку нормы ФЗ «Об  обществах  с ограниченной  ответственностью» о сроках выплаты доли участнику, заявившему о выходе, являются диспозитивными и могут быть изменены Уставом.

Гражданин обратился в арбитражный суд с исковым заявлением к Обществу об обязании передать в качестве действительной стоимости доли в уставном капитале Общества, доли в праве собственности на земельный участок и признании права собственности на долю в праве собственности на земельный участок.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции, в удовлетворении иска отказано. Суд мотивировал решение тем, что обязанность Общества по выплате истцу, подавшему заявление о выходе из Общества, действительной стоимости его доли, либо выдаче ему в натуре имущества такой же стоимости, возникнет не ранее 1 июля 2010 года.

Податель кассационной жалобы полагает, что суды необоснованно не применили пункт 6.1 и часть 3 статьи 5 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", Устав Общества, в котором предусмотрен иной срок выплаты действительной стоимости доли в уставном капитале Общества, утратил силу с 01.07.2009.

Суд кассационной инстанции оставил в силе решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции, указав на то, что поскольку пункт 6.1 статьи 23 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" предусматривает обязанность Общества выплатить действительную стоимость доли вышедшему участнику Общества в течение трех месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности, если иной срок не предусмотрен уставом, то суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильному выводу о необходимости в данном случае руководствоваться пунктом 6.6.4 устава ответчика. Согласно указанному пункту устава Общество обязано выплатить участнику Общества, подавшему заявление о выходе из Общества, действительную стоимость доли или выдать ему в натуре имущество такой же стоимости в течение шести месяцев с момента окончания финансового года, в течение которого было подано заявление о выходе из Общества.

Кроме того, Устав Общества был приведен в соответствие с требованиями Федерального закона от 30.12.2008 № 312-ФЗ "О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации". В материалах дела имеется новая редакция устава Общества, утвержденная протоколом. Положения о выходе участника Общества из Общества и порядке выплаты доли соответствуют прежней редакции устава.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции согласился с выводом судов о том, что обязанность Общества по выплате истцу, подавшему заявление о выходе из Общества, действительной стоимости его доли либо выдаче ему в натуре имущества такой же стоимости возникнет не ранее 01.07.2010.

8. Первый подход: Общество обязано выплатить наследникам  умершего участника действительную стоимость доли в течении трех  месяцев с момента перехода доли к Обществу, если иной срок не предусмотрен уставом.

Наследник умершего участника Общества обратился в арбитражный суд с исковым заявлением о взыскании действительной  стоимости доли в  уставном капитале.

Исковые требования мотивированы тем, что наследнику было отказано во вступлении в Общество в качестве участника и у Общества возникла обязанность выплаты действительной стоимости доли, определенной в  соответствии с экспертным заключением.

Решением суда первой инстанции исковые требования удовлетворены в полном объеме. Суд первой инстанции руководствовался статьями  93,  1176  ГК РФ,  статьями  14, 21, 23, 26  ФЗ  «Об  обществах  с ограниченной  ответственностью» и исходил из того, что у Общества возникла обязанность по выплате наследникам умершей  участницы действительной стоимости доли, которая определена с учетом экспертного заключения.

Постановлением суда апелляционной инстанции решение суда первой  инстанции отменено, истцу отказано в  удовлетворении исковых  требований. При этом суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что истец  обратился в суд по окончании годичного срока, установленного пунктом 8 статьи 23 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», в течении  которого Общество должно выплатить действительную стоимость доли, а уставом  Общества не установлен меньший срок для выплаты доли..

Постановлением суда кассационной инстанции постановление суда  апелляционной инстанции отменено, дело направлено на новое рассмотрение  в суд апелляционной инстанции ввиду следующего.

Решением общего собрания участников Общества истцу (наследнику умершего участника Общества) отказано в принятии его в состав участников  Общества и принято решение о выплате стоимости доли в уставном  капитале, принадлежащей  умершей, в течение года с момента принятия  решения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1176 ГК РФ в состав наследства участника Общества с ограниченной ответственностью входит доля этого участника в уставном капитале.

Согласно пункту 8 статьи 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной  ответственностью» доли в уставном капитале переходят к наследникам  граждан, являвшихся участниками Общества.

В соответствии с пунктом 5 статьи 23 ФЗ «Об обществах  с ограниченной  ответственностью» при отказе участников Общества в согласии на переход  или распределение доли в случаях,  предусмотренных пунктом 7 статьи 21, если такое согласие необходимо в соответствии с уставом Общества, доля переходит к Обществу. При этом Общество обязано  выплатить наследникам умершего участника Общества действительную  стоимость доли, определяемую на основании данных бухгалтерской  отчетности Общества за последний отчетный период, предшествующий  дню  смерти, либо с их согласия выдать им в натуре имущество той же стоимости.

ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» не предусмотрен срок выплаты действительной стоимости доли умершего участника  Общества наследникам, которым в порядке пункта 5 статьи 23 Закона  отказано в переводе доли умершего участника Общества. Поэтому в данном случае следует применять трехмесячный срок, установленный пунктом 2  статьи 23 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

В пункте 8 статьи 23 ФЗ «Об обществах с ограниченной  ответственностью», на который сослался суд апелляционной инстанции,  также не содержится  указания  на  выплату  действительной  стоимости доли только после истечения года со дня перехода к Обществу доли умершего участника.

Таким образом, вывод суда апелляционной инстанции о ненаступлении обязанности Общества по выплате истцам действительной стоимости доли  является неправомерным.

Второй  подход: Общество обязано  выплатить наследникам,  которым  было  отказано в переходе к ним доли, действительную стоимость доли в течении одного года со дня перехода данной доли.

В  арбитражный суд обратился наследник участника Общества с иском о  выплате действительной стоимости доли.

Исковые  требования  основаны  на статьях  23, 26 ФЗ «Об обществах  с ограниченной ответственностью», ст. 1150 ГК РФ мотивированы тем, что  после смерти наследодателя  (участника Общества) наследнику не была выплачена действительная  стоимость доли.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения  постановлением суда апелляционной инстанции удовлетворены исковые  требования и в пользу наследника взыскана действительная стоимость доли,  размер которой определен на основании экспертного заключения. Суды пришли к выводу о том, что у Общества возникла обязанность  выплатить действительную стоимость доли  с момента отказа наследникам в переходе к ним доли.

Ответчик обжаловал вышеуказанные судебные акты в суд  кассационной инстанции считая, что истцы нарушили правила пункта 8 статьи 23 ФЗ «Об  обществах с ограниченной ответственностью» и устава Общества, согласно  которым Общество обязано выплатить действительную долю в течение одного года с момента перехода доли к Обществу. Наследникам умершего участника отказано в переходе доли 23.08.2007г. (именно с этой даты доля перешла к Обществу), поэтому они имели право обратиться в суд с  настоящим иском лишь после 23.08.2008г.

Постановлением суда кассационной инстанции решение суда первой  инстанции оставлено без изменения по следующим основаниям.

В силу пункта 5 статьи 23 ФЗ «Об обществах с ограниченной  ответственностью» при отказе участников Общества в согласии на переход  доли, если такое согласие необходимо в соответствии с уставом Общества,  доля  переходит к Обществу. Суд  кассационной  инстанции сослался  на  пункт 8 статьи 23 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»,  согласно которой Общество обязано выплатить действительную стоимость  доли или выдать имущество в натуре такой же стоимости в течение одного  года с момента перехода доли к Обществу. Вместе с тем, судом  кассационной инстанции отклонен довод подателя жалобы о возможности  обращения в суд с иском лишь после 23.08.2008 г., т.е. спустя год после  отказа наследникам в переходе к ним доли в уставном капитале Общества,  поскольку у Общества возникла обязанность выплатить действительную  стоимость доли с 23.08.2007г. и на момент обращения истцов с иском и на дату вынесения  решения ответчик-общество обязательства не исполнило.

9. При несвоевременном выполнении денежных обязательств по выплате участникам, их наследникам или правопреемникам действительной стоимости доли участника суд вправе удовлетворить наряду с требованием о взыскании суммы долга и требование о взыскании процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами в порядке, предусмотренном статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, и  пени.  Моментом, с которого следует исчислять проценты за пользование чужими денежными средствами, является возникновение у Общества обязанности выплатить действительную стоимость долей.

Гражданин обратился в арбитражный суд с заявлением к Обществу о взыскании действительной стоимости доли в уставном капитале Общества и процентов за пользование чужими денежными средствами.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции заявленные требования удовлетворены. Судебные акты мотивированы тем, что ответчик не представил доказательств, что выплата действительной стоимости доли истцу приведет к банкротству Общества.

Суд кассационной инстанции оставил в силе обжалуемые судебные акты ввиду следующего.

Согласно пункту 6.1 статьи 23 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" в случае выхода участника Общества из Общества в соответствии со статьей 26 его доля переходит к Обществу. Общество обязано выплатить участнику Общества, подавшему заявление о выходе из Общества, действительную стоимость его доли в уставном капитале Общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности Общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из Общества, или с согласия этого участника Общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале Общества действительную стоимость оплаченной части доли. Срок выплаты составляет три месяца со дня возникновения соответствующей обязанности.

Судами установлено, что в течение установленных законом трех месяцев выплата не произведена, в связи с чем правомерно удовлетворили требования о взыскании в пользу истца действительной стоимости доли, а также процентов за пользование чужими денежными средствами, рассчитанными в порядке статьи 395 ГК РФ.

Суд кассационной инстанции признает правомерным сделанный судами первой и апелляционной инстанций вывод о том, что ответчик не представил доказательств наличия признаков возможного банкротства и невозможности удовлетворения законных требований истца, превышения пассивов над активами. Заявленные ответчиком возражения не обосновывают бездействие ответчика в отношении обязанности погашения задолженности и непринятие мер к ее уменьшению.

10. Вышедший  из  общества  участник имеет  право  предъявить исковое  заявление  о выплате  действительной  стоимости  доли к Обществу, в отношении которого введена процедура  банкротства и данный спор подлежит рассмотрению по существу в рамках  самостоятельного дела. Между тем, участники Общества лишены  права  предъявлять какие-либо требования к должнику в процессе  рассмотрения дела о банкротстве, поскольку не являются  конкурсными кредиторами.

В арбитражный суд обратился вышедший из Общества участник с  исковым заявлением к Обществу о взыскании действительной стоимости  доли в уставном капитале и процентов за пользование чужими денежными средствами.

Решением суда первой инстанции в иске отказано со ссылкой на факт нахождения Общества в стадии банкротства.

Истец, не согласившись с принятым решением обратился с  апелляционной жалобой, в которой указал, что иск был подан до обращения  ответчика с заявлением о признании его банкротом, а следовательно право  на получение действительной стоимости доли возникло задолго до  обращения ответчика  в  арбитражный суд с соответствующим заявлением  о  банкротстве.

Суд апелляционной инстанции счел решение суда первой инстанции  подлежащим отмене по следующим основаниям.

Согласно абзацу восьмому статьи 2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» конкурсными кредиторами являются кредиторы по  денежным обязательствам, за исключением учредителей (участников) должника по обязательствам,  вытекающим из такого участия.

 В силу  части 4  пункта 63 ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» с  даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения  запрещается удовлетворение требований участника должника о  выделе доли  в имуществе должника в связи с выходом из состава его учредителей,  выкуп  должником размещенных акций или выплата действительной стоимости  доли в установленные законом сроки.

Расчеты с вышедшими лицами должны производиться на основании годового отчета, поэтому под запрет подпадает удовлетворение ранее заявленных и неисполненных требований указанных лиц.

Обязательства перед учредителями (участниками) должника - юридического лица,  вытекающие из такого участия, носят внутренний  характер и не могут конкурировать с внешними обязательствами, т.е. с  обязательствами должника как участника имущественного оборота перед  другими участниками оборота. Учредители (участники) должника – юридического лица несут риск отрицательных последствий, связанных с его деятельностью, и могут заявлять требования лишь на имущество,  оставшееся  после  удовлетворения требований  всех других кредиторов.

Права и обязанности участников Общества определены в статье 67 ГК РФ. В силу пункта 1 данной  нормы участники Общества вправе получить в случае ликвидации  Общества  часть имущества, оставшегося после расчетов с кредиторами, или его стоимость.

Кроме того, ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» не содержит запрет  на рассмотрение спора между участником и Обществом, предметом которого является установление размера доли, а имеет значение при определении порядка исполнения судебного акта, который  должен  быть  осуществлен  в соответствии с требованиями ФЗ  «О  несостоятельности (банкротстве)».

Согласно пункту 7 статьи 63 ГК РФ, оставшееся  после  удовлетворения требований кредиторов, имущество  юридического  лица  передается  его учредителям  (участникам),  имеющим  вещные  права  на это имущество или обязательственные права в отношении этого юридического лица.

 В  силу указанной нормы истец имеет право на получение доли только  после удовлетворения требований кредиторов и при наличии имущества  у  Общества оставшегося после удовлетворения требований кредитора. 

Судья  Г.Б. Казаченко, Помощник судьи  Е.В. Самойленко

Отдел анализа и обобщения судебной практики, статистического учета (главный специалист Касицкая Ю.С.)

Опубликовано: 26.10.2011 16:10 Обновлено: 21.05.2023 18:58