В Арбитражном суде Ростовской области рассмотрен спор между бизнесменами Михаилом и Алексеем Пушкарями и United Company Rusal Secondary Aluminium Limited

Местные, выступав­шие поручителями по договору купли-продажи подконтрольно­го им белокалитвинского пред­приятия «БеЛис» холдингу Rusal в 2006 году, доказали в областном арбитраже, что не обязаны уплачивать 147 млн рублей, доначисленные «Бе-Лис» налоговой за 2004-2006 гг. Если Rusal не обжалует ре­шение арбитража, то ему при­дется отвечать по чужим дол­гам.

Местные бизнесмены Алексей и Ми­хаил Пушкари, контролировавшие до мая 2006 года ООО «Белокалит-винские литейные сплавы» («БеЛис», производство вторичных алюминие­вых сплавов), в Арбитражном суде Ростовской области доказали, что не обязаны уплачивать 147 млн рублей НДС, пеней и штрафов, доначислен­ных ФНС по итогам проверки рабо­ты «БеЛис» в 2004-м, 2005-м и первом полугодии 2006 года. Реше­ние первой инстанции вынесено 29 октября 2010 года, на минувшей неделе оно появилось в картотеке дел Высшего арбитражного суда.

Как следует из документов суда, 30 мая 2006 года компания Mangista Ltd, владевшая «БеЛис», продала его United Company Rusal Secondary Aluminium Ltd. Согласно договору, Mangista предоставила Rusal ряд гарантий, касающихся ООО «БеЛис», в том числе о том, что ООО «БеЛис» своевременно уплачивало налоги, и о том, что Mangista освободит по­купателя от ответственности за воз­мещение требований любых лиц. Споры компании договорились раз­решать в Международном коммер­ческом арбитражном суде (МКАС) при Торгово-промышленной палате РФ. Тогда же, в мае 2006 года, Алек­сей и Михаил Пушкари заключили с Rusal акт поручительства и возме­щения убытков, поручившись за ис­полнение Mangista всех обяза­тельств, а также за действительность и исполнимость заверений и гарантий Mangista по договору. Одним из бе­нефициаров Mangista, скорее всего, являлся и один из поручителей: ООО «БеЛис» в 2005 году в равных долях владели братья Михаил и Евгений Пушкари (данные Федерального ар­битражного суда Северо-Кавказского округа).

Спустя 2 года после продажи «Бе­Лис» алюминиевому гиганту у на­логовой нашлись претензии к бело-калитвинской компании. Rusal подал в МКАС иски к Mangista и поручи­телям о взыскании денег. В январе 2010 года МКАС удовлетворил тре­бования Rusal в отношении Mangista, но рассматривать иск к поручителям отказался в связи с отсутствием ком­петенции. Тогда Rusal обратился в Белокалитвинский городской суд с иском к поручителям, в августе 2010 года суд удовлетворил требования Rusal.

Однако господа Пушкари в июле 2010 года подали заявление в об­ластной арбитраж, требуя признать акт поручительства перед Rusal пре­кратившимся, так как Mangista, за которую они поручались, была лик­видирована в январе 2010 года.

Областной арбитраж в своем ре­шении сослался на заключение экс­перта в области иностранного права Доминика Пелью, согласно которому акт поручительства представляет со­бой договор гарантии. «В данном случае термин «гарантия» означает акцессорный договор... такой до­говор является дололнительным к основному договору и юридически от него зависимым и не может су­ществовать в отрыве от него», — от­мечается в документах арбитража. Суд решил, что поручительство Пуш­карей прекратилось с ликвидацией Mangista 22 января 2010 года. Ре­шение белокалитвинского суда о взыскании денег с поручителей при этом не имеет преюдициального (т. е. определяющего) значения для областного арбитража, отмечается в решении последнего.

— От своих обязательств поручи­тели отказались, используя средства традиционной юридической техники: это рассмотрение дела в том суде, где истец полагает трактовку спора удобной для себя, — говорит управ­ляющий партнер юридической фирмы «Эберг, Степанов и партнеры» Артур Эберг.

Юрист юридической фирмы «J ВI Эксперт» Андрей Новиков не со­гласен с тем, что арбитраж основы­вался на иностранном праве:

— При рассмотрении спора отож­дествляются понятия «гарантия» и «поручительство», однако корпора­тивная гарантия, регулируемая правом Англии, носит полностью не­зависимый от основного обязатель­ства характер, тогда как поручитель­ство, подчиненное российскому за­конодательству, обладает крайне низкой «жизнеспособностью» в силу своей акцессорной природы, — го­ворит г-н Новиков. — Получается, что суд вынес решение, основываясь на российском законодательстве, несмотря на то что стороны подчи­нили договор купли-продажи и свя­занные с ним гарантийные обяза­тельства законодательству Англии и Уэльса.

Г-н Эберг полагает, что Rusal сле­дует обратить внимание судей апел­ляционной инстанции на то, насколь­ко вообще правомерно принятие к рассмотрению дела Пушкарей и Rusal арбитражным судом, а если оно правомерно, то стоит уточнить, верно ли суд определил природу до­говорных обязательств Пушкарей.

— Стратегически верно применить при обжаловании решения арбитра­жа аргументацию, связанную с до­казательством некорректности выво­да суда об акцессорном характере соглашения, — говорит Артур Эберг. — Rusal должен настаивать на от­несении соглашения к категории indemnity (не известна законодатель­ству РФ), предполагающей ответ­ственность поручителя вне зависи­мости от прекращения основного обязательства.

В Rusal на запрос N к моменту верстки номера не ответили.

Источник /автор: ГОРОД N№44(903) 16 ноября 2010/ Джумайло А.

Опубликовано: 22.11.2010 10:53 Обновлено: 21.05.2023 18:58