Обзор судебной практики применения Арбитражным судом Ростовской области норм корпоративного законодательства

I. Споры, связанные с обжалованием решений общих собраний акционеров (участников), органов управления (в частности, совета директоров).

1. При исследовании вопроса о недействительности решения наблюдательного совета, необходимо учитывать, что законодательством Российской Федерации не предусмотрен запрет на учет голоса директора как члена наблюдательного совета при принятии решения о прекращении его полномочий как директора общества.

Бывший директор обратился с иском к Акционерному обществу о признании недействительными протокола наблюдательного совета общества от 24.11.2006 и принятых на нем решений о досрочном прекращении его полномочий и назначении на должность директора другого лица (дело № А53-18124/2006). Исковые требования обоснованы тем, что оспариваемое заседание проведено лицами, чьи полномочия как членов наблюдательного совета общества прекращены решением внеочередного общего собрания акционеров общества от 17.11.2006.

Решением в иске отказано. Постановлением суда апелляционной инстанции судебный акт оставлен без изменения. Суд исходил из того, что заседание наблюдательного совета общества от 24.11.2006 проведено при наличии кворума по вопросам, отнесенным к компетенции наблюдательного совета; лица, принявшие оспариваемые решения, являлись членами наблюдательного совета. Существенные нарушения требований Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее по тексту - ФЗ «Об акционерных обществах») при подготовке и проведении 24.11.2006 заседания наблюдательного совета общества не выявлены.

Отменяя судебные акты, суд кассационной инстанции указал на следующее.

На внеочередном общем собрании акционеров от 08.08.2006 принято решение об избрании некоторых акционеров членами наблюдательного совета общества. В тот же день наблюдательный совет принял решение об отстранении от должности прежнего директора и назначении на эту должность другого лица.

Согласно протоколу от 24.11.2006 наблюдательным советом общества приняты решения о досрочном прекращении полномочий единоличного исполнительного органа - прежнего директора общества и назначении на должность нового директора сроком на 5 лет.

Заседание наблюдательного совета от 24.11.2006 проводилось по инициативе председателя совета. Члены наблюдательного совета были извещены о проведении 24.11.2006 заседания наблюдательного совета общества путем вручения извещений. Согласно акту от 24.11.2006, составленному председателем и членами наблюдательного совета общества, истец отказался от получения извещения о проведении заседания наблюдательного совета от 24.11.2006, мотивируя несогласием с повесткой дня заседания. Один из членов наблюдательного совета общества о проведении заседания наблюдательного совета от 24.11.2006 не извещался.

В соответствии с уставом общества назначение единоличного исполнительного органа общества и досрочное прекращение его полномочий осуществляется большинством в три четверти (75%) голосов членов наблюдательного совета общества за исключением голосов выбывших членов наблюдательного совета общества. За досрочное прекращение полномочий истца и назначение на должность нового директора проголосовало пять из семи членов наблюдательного совета, что составляет 71,4% от общего количества голосов членов наблюдательного совета. Таким образом, за принятие оспариваемых решений подано менее необходимого количества голосов.

Вывод суда о том, что голос прежнего директора как члена наблюдательного совета не подлежал учету при принятии решения о прекращении его полномочий как директора общества, является необоснованным. Законодательством Российской Федерации и уставом общества не предусмотрены такие ограничения при учете голосов членов наблюдательного совета общества.

Исковое заявление поступило в суд в пределах срока, установленного пунктом 5 статьи 68 ФЗ «Об акционерных обществах».

В связи с чем, суд кассационной инстанции признал недействительными решения наблюдательного совета Акционерного общества от 24.11.2006 о досрочном прекращении полномочий истца как директора и назначении на эту должность другого лица.

2. Если истцами не представлено доказательств, подтверждающих наличие нарушенного права или не реализованного по вине ответчика законного интереса, это свидетельствует об отсутствии предмета спора и является основанием для отмены решения, а также основанием для отказа в удовлетворении заявленных исковых требований о признании недействительными решения совета директоров открытого акционерного общества.

Акционеры обратились в арбитражный суд с иском к Акционерному обществу о признании недействительными решения совета директоров общества, изложенного в протоколе заседания совета директоров общества от 04.02.2007, о признании незаконными решения очередного годового собрания акционеров, изложенного в протоколе очередного годового общего собрания акционеров от 16.06.2007 (дело № А53-10492/2007).

Решением первой инстанции исковые требования удовлетворены в полном объеме; судебный акт мотивирован тем, что на заседании совета директоров общества, состоявшемся 04.02.2007, одним из акционеров был представлен ранее изготовленный протокол, содержащий сведения о повестке заседания и итоговых решениях; председательствующий на заседании совета директоров общества не избирался, в связи с чем, по окончанию заседания протокол был подписан только секретарем заседания; данные обстоятельства в силу положений норм пункта 4 статьи 68 ФЗ «Об акционерных обществах» свидетельствуют о недостоверности сведений, содержащихся в протоколе заседания совета директоров общества от 04.02.2007.

Отсутствуют доказательства того, что предложения о выдвижении кандидатов в ревизоры, в члены совета директоров, аудиторы общества, о внесении вопросов в повестку дня годового собрания акционеров, согласия соответствующих кандидатов поступали в совет директоров общества.

Имеющиеся в материалах дела предложения по указанным вопросам по своей форме не соответствуют как положениям пункта 13.15 устава общества, так и положениям норм пункта 4 статьи 53 ФЗ «Об акционерных обществах»; ответчиком не представлено доказательств, подтверждающих документирование и фиксирование факта представления именно указанных предложений в совет директоров общества, что свидетельствует о незаконности решений, которые указаны в протоколе заседания совета директоров общества от 04.02.2007.

К требованиям акционеров общества об оспаривании решений совета директоров подлежит применению конструкция оспоримых сделок.

Акционеры-истцы, не являющиеся членами совета директоров общества, о состоявшемся заседании совета директоров и принятых на нем решениях узнали непосредственно при проведении очередного годового собрания акционеров 16.07.2007, в связи с чем, истцы не пропустили срок исковой давности для оспаривания указанного решения.

Очередное годовое общее собрание акционеров от 16.06.2007 было проведено с повесткой дня, принятой и утвержденной недействительным протоколом заседания совета директоров от 04.02.2008, в связи с чем, все решения общего собрания акционеров общества не могут являться законными.

Вступившим в законную силу решением арбитражного суда по другому делу был признан недействительным и аннулирован выпуск акций Акционерного общества за номером Х; таким образом, голосование по вопросам повестки дня на общем собрании акционеров общества проходило недействительными акциями, что также не могло служить основанием законности принятых решений.

Суд апелляционной инстанции отменил решение суда ввиду следующего.

Суд первой инстанции указал, что в материалах дела отсутствуют доказательства поступления от лиц, уполномоченных статьей 53 ФЗ «Об акционерных обществах», предложений о выдвижении кандидатов в ревизоры, в члены совета директоров, аудиторы общества, о внесении вопросов в повестку дня годового собрания акционеров, согласия соответствующих кандидатов в совет директоров общества.

Данный вывод суда не соответствует материалам дела; одним из акционеров были представлены предложения о внесении вопросов в повестку дня годового общего собрания акционеров, о выдвижении кандидатов в совет директоров, ревизора и аудитора общества, а также согласия нескольких акционеров баллотироваться на избрание в совет директоров общества, датированные 28.01.2007.

Ни ФЗ «Об акционерных обществах», ни устав общества не содержат норм, устанавливающих правило об обязательном документировании или фиксации иным способом обращений уполномоченных лиц, поступающих в совет директоров по вопросам формирования повестки общего собрания акционеров общества.

Суд первой инстанции обосновано указал, что представленные в материалы дела предложения акционера не в полной мере отвечают требованиям пункту 4 статьи 53 ФЗ «Об акционерных обществах» и пункту 13.15 устава общества, однако вывод суда о незаконности протокола заседания совета директоров от 04.02.2007 в связи с изложенными обстоятельствами не может быть признан обоснованным.

Указанные нарушения в силу положения норм пункта 5 статьи 68 ФЗ «Об акционерных обществах» не могут служить безусловным основанием для признания оспариваемого протокола совета директоров недействительным.

Истцами не представлено доказательств того, что утверждение указанных кандидатов для внесения в список голосования на общем собрании акционеров общества привело к нарушению или ограничению их субъективных прав, повлекло для общества наступление убытков либо иных негативных последствий, что является обязательным условием для признания оспариваемого протокола заседания совета директоров недействительным.

ФЗ «Об акционерных обществах» не содержит в себе норм, ограничивающих право членов совета директоров подготавливать и представлять на заседания совета директоров проекты протокола заседания, содержащие варианты решения вопросов, входящих в повестку дня.

Также действующее законодательство не ставит действительность протокола заседания совета директоров в зависимость от того обстоятельства, избирался либо нет председательствующий заседания указанного органа управления акционерного общества, и подписывался ли им протокол, оформляющий результаты голосования членов советов директоров по вопросам повестки дня.

Волеизъявление трех членов совета директоров общества по вопросам повестки дня заседания 04.02.2007 зафиксировано в оспариваемом проколе и удостоверено личными подписями указанных лиц, доказательств, достоверно подтверждающих тот факт, что данные члены совета директоров не имели намерений принимать одобренные ими решения, истцы не представили.

Суд апелляционной инстанции отклонил показания одного из акционеров о том, что протокол заседания совета директоров был им подписан под влиянием угроз увольнения с работы; поскольку свидетель допрашивался судом дважды 26.12.2007 и 17.01.2008, при этом 17.01.2008 свидетель не был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и отказ от дачи показаний, изменил свои показания в ходе судебного заседания 17.01.2008, кроме того, он является лицом, заинтересованным в удовлетворении исковых требований.

Вывод суда первой инстанции о незаконности решения общего собрания акционеров общества со ссылкой на то обстоятельство, что фактически голосование акционеров на собрании проводилось недействительными акциями, что повлекло недействительность принятых решений, суд апелляционной инстанции признает необоснованным.

На момент принятия оспариваемых решений органов управления общества, судебного акта о признании недействительным выпуска акций общества за номером Х не существовало.

Реорганизация кооператива в акционерное общество, в ходе которой был осуществлен выпуск акций, не была признана недействительной решением арбитражного суда и общество в силу закона было обязано провести общее годовое собрание акционеров.

Акционеры общества, за исключением одного, не воспользовались предоставленным им правом на участие в управлении обществом и не представили в совет директоров свои предложения по формированию повестки дня общего собрания акционеров; не представлено доказательств того, что ответчик чинил в этом препятствия.

Истцы не представили доказательств, подтверждающих наличие нарушений ФЗ «Об акционерных обществах» при принятии оспариваемого решения общего собрания акционеров, повлекших нарушение их прав и законных интересов, причинение убытков.

Представитель истцов не смог дать пояснений о том, какие права акционеров нарушают оспариваемые решения органов управления общества.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что истцами не представлено в материалы дела доказательств, подтверждающих наличие нарушенного права или не реализованного по вине ответчика законного интереса, что свидетельствует об отсутствии предмета спора и является основанием для отмены решения по делу, принятого судом первой инстанции, а также основанием для отказа в удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме.

3. Сделки, совершенные с нарушением положений устава, не могут быть признаны недействительными на основании статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации; договоры дарения долей применительно к статье 174 Гражданского кодекса Российской Федерации являются оспоримыми сделками.

По иску о признании недействительным решений общего собрания участников общества надлежащим ответчиком является само общество, но не его орган, принявший решение, или учредитель, принимавший участие в собрании.

Участник общества с ограниченной ответственностью обратился в арбитражный суд с иском к 2-м другим участникам о признании недействительным решения внеочередного общего собрания участников общества от 10.03.2008 (дело № А53-5782/2008), мотивируя свои требовании тем, что ответчики не имели права участвовать в собрании и принимать решения в связи с отчуждением своих долей в уставном капитале. Освобождение генерального директора также было невозможно до утверждения годового отчета бухгалтерского баланса и оценки результатов деятельности общества.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, были привлечены общество и налоговая инспекция.

Решением суда первой инстанции в удовлетворении требований отказано на том основании, что договоры дарения долей в уставном капитале общества, заключенные 29.12.2007 участниками, являются ничтожными в силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту- ГК РФ), как не соответствующие требованиям пункта 2 статьи 21 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее по тексту ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Постановлением апелляционной инстанции решение отменено, в иске отказано. Суд исходил из того, что сделки, совершенные с нарушением положений устава, не могут быть признаны недействительными на основании статьи 168 ГК РФ. Договоры дарения долей применительно к статье 174 ГК РФ являются оспоримыми сделками, однако доказательств обращения в суд с иском о признании сделок недействительными в материалы дела не представлено, поэтому у суда первой инстанции не имелось оснований считать их недействительными.

Между тем, из смысла статьи 43 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» следует, что по иску о признании недействительными решений общего собрания участников общества надлежащим ответчиком является само общество, но не его орган, принявший решение, или учредитель, принимавший участие в собрании. Предъявление лицом иска к ненадлежащему ответчику является самостоятельным основанием для вынесения судом решения об отказе в его удовлетворении.

Суд кассационной инстанции согласился с выводами, изложенными в постановлении апелляционной инстанции, указав, что сделка, не соответствующая требованиям устава общества, является оспоримой в силу статьи 174 ГК РФ и влечет правовые последствия до признания ее в судебном порядке недействительной.

Также кассационная инстанция признала обоснованным вывод о том, что иск предъявлен к ненадлежащим ответчикам, вместе с тем, отменила судебные акты ввиду следующего.

Суд первой инстанции не обсудил вопрос о привлечении надлежащего ответчика в порядке статьи 47 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - АПК РФ), а по смыслу указанной нормы условием для отказа в иске к ненадлежащему ответчику является принятие судом всех процессуальных мер к замене ненадлежащего ответчика и отсутствие на это согласия истца.

Из постановления суда апелляционной инстанции видно, что суд выяснял вопрос о том, кому должны быть адресованы заявленные требования, однако из протокола судебного заседания не следует, что суд разъяснил истцу вопрос о надлежащем ответчике по заявленному требованию, и что истец возражал против замены привлеченных к участию в деле в качестве ответчиков 2-х участников на общество, привлеченное к участию в деле в качестве третьего лица без самостоятельных требований.

II. Споры, связанные с правами на акции и доли участия (в том числе, о переводе прав и обязанностей покупателя по договору купли-продажи доли в уставном капитале общества, о размере доли), о внесении записи (изменений) в реестр акционеров.

1. Нормативные правовые акты, устанавливающие обязанность регистратора предоставлять соответствующие выписки из реестра акционеров по распоряжению зарегистрированного лица, не содержат указания на форму доведения такого распоряжения до сведения регистратора; не имея возможности вручить распоряжения лично или через представителя сотрудникам ответчика, истец может сообщить о своей воле посредством почтовых и курьерских отправлений.

Истец (акционер) обратился в арбитражный суд с исковым заявлением об обязании Акционерного общества подтвердить его права на акции путем выписки из реестра акционеров общества (дело № А53-19548/2007).

Решением суда первой инстанции в удовлетворении исковых требований отказано на основании того, что истцом не доказан факт направления ответчику распоряжения о выдаче выписки из реестра акционеров общества.

Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда, указал на следующее.

Как следует из материалов дела, истцом в адрес общества дважды почтовыми отправлениями было направлено распоряжение от 13.07.2007 о выдаче выписки из реестра акционеров; почтовое отправление (ценное письмо) № 24824 от 13.07.2007 возвращено в адрес истца за истечением срока хранения в отделении связи; второе почтовое отправление распоряжения от 13.07.2007 осуществлено с использованием услуг курьерской службы; на обозрение суду первой инстанции был представлен подлинный экземпляр накладной, подтверждающий факт вручения корреспонденции обществу, от имени которого ее приняла сотрудница.

Акционерное общество отрицает факт получения соответствующего распоряжения и считает, что истцом не представлено доказательств наличия права на получение информации из реестра акционеров общества.

В целях установления указанного факта арбитражным судом первой инстанции в качестве свидетеля была допрошена секретарь-референт общества, отрицавшая факт получения от курьерской службы распоряжения истца.

Арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что распоряжение истца от 13.07.2007 о выдаче выписки из реестра, было доведено до сведения регистратора общества надлежащим образом в силу следующего.

Нормативные правовые акты, устанавливающие обязанность регистратора предоставлять соответствующие выписки по распоряжению зарегистрированного лица, не содержат указания на форму доведения такого распоряжения до сведения регистратора; не имея возможности вручить распоряжения лично или через представителя сотрудникам ответчика, у истца оставалась возможность сообщить о своей воле только посредством почтовых и курьерских отправлений; регистратор в любом случае узнал о наличии требования выдать выписку из реестра, с момента получения искового заявления от истца, о чем указывает свидетель в своих пояснениях; уклонение от выдачи выписки в этом случае расценивается судом как злоупотребление ответчиком своими правами и уклонение от выполнения своей обязанности, предусмотренной статьей 46 ФЗ «Об акционерных обществах» и подпункта 7.9.4 Положения о ведении реестра владельцев ценных бумаг, утвержденного Постановлением ФКЦБ от 02.10.1997 № 27.

2. Приобретатель доли (части доли) в уставном капитале общества осуществляет права и несет обязанности участника общества с момента уведомления общества о состоявшейся уступке.

Законодатель не связывает возникновение прав и обязанностей участника общества с моментом принятия в последующем общим собранием решения о внесении соответствующих изменений в учредительные документы и с государственной регистрацией изменений в учредительных документах общества.

Участник общества с ограниченной ответственностью обратился с иском о переводе прав и обязанностей покупателя по договорам купли-продажи доли в уставном капитале общества от 25.08.2008, заключенным между ответчиками; о признании недействительным решения внеочередного собрания участников общества, оформленного протоколом № 2 от 25.08.2008 (дело № А53-17039/2008).

Иск мотивирован тем, что при продаже участниками общества своих долей в уставном капитале другому лицу, не являющемуся участником общества, было нарушено преимущественное право истца на покупку долей. Оспариваемые сделки совершены с нарушением пункта 4 статьи 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», пунктов 5.1, 5.3, 5,4 устава общества, поскольку истец не был извещен о намерении участников общества продать свои доли. 25.08.2008 ответчиками был составлен протокол № 2 внеочередного собрания участников общества, в соответствии с которым ответчики приняли решение об утверждении изменений в устав и учредительный договор общества в связи с изменением размеров принадлежащих участникам общества долей. О созыве и проведении данного собрания истец не был уведомлен.

Решением первой инстанции в иске о переводе прав и обязанностей покупателя по договорам купли-продажи доли в уставном капитале общества от 25.08.2008 отказано, решение внеочередного собрания участников общества, оформленное протоколом № 2 от 25.08.2008 признано недействительным.

Отменяя решение суда первой инстанции в части отказа в иске о переводе прав и обязанностей покупателя по договору купли-продажи доли в уставном капитале общества, суд апелляционной инстанции указал следующее.

Общество должно быть письменно уведомлено о состоявшейся уступке доли (части доли) в уставном капитале общества с представлением доказательств такой уступки. Приобретатель доли (части доли) в уставном капитале общества осуществляет права и несет обязанности участника общества с момента уведомления общества об указанной уступке (пункт 6 статьи 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Законодатель не связывает возникновение прав и обязанностей участника общества с моментом принятия в последующем общим собранием решения о внесении соответствующих изменений в учредительные документы и с государственной регистрацией изменений в учредительных документах общества.

Положения пункта 6 статьи 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» призваны обеспечить информированность общества. Конкретная форма (содержание) уведомления и порядок его направления (вручения) законом не установлены.

В подтверждение довода об уведомлении общества о совершенной сделке купли- продажи доли истец и представитель общества указали на то, что подлинник оспариваемого договора находится в обществе.

Общество подтверждает факт уведомления о состоявшейся сделке 01.09.2008, то есть с момента передачи подлинника договора.

Тот факт, что общество было извещено об уступке долей не письменным уведомлением, врученным нарочно либо направленным почтовым отправлением, а путем представления подлинника договора не свидетельствует об отсутствии в обществе информации о совершении сделки и приобретении лицом прав и обязанностей участника общества.

Доказательства того, что спорный договор купли-продажи доли от 25.08.2008 был расторгнут ответчиками до уведомления общества о состоявшейся сделке отсутствуют.

С момента уведомления общества о состоявшейся уступке долей покупатель приобрел статус участника Общества и поэтому его исключение из числа участников могло быть осуществлено лишь способом, предусмотренным статьей 10 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» либо в порядке уступки доли с соблюдением требований пункта 5.4 устава общества и положений статьи 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», но не путем заключения соглашения о расторжении договора купли-продажи доли.

Таким образом, обязательства, возникшие из договора купли-продажи доли от 25.08.2008 не могли быть прекращены дополнительным соглашением от 24.09.2008, поскольку с 01.09.2008 доля в уставном капитале общества в размере 30% перешла к покупателю, соответственно, продавец утратил статус участника общества.

III. Споры, связанные с выходом участника из общества (в том числе, о выплате стоимости доли в уставном капитале общества).

1. Суд первой инстанции применил трехгодичный срок исковой давности, установленный статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, в то время как ответчик заявил лишь о пропуске предусмотренного пунктом 1 статьи 43 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» двухмесячного срока на обжалование решения общего собрания участников общества.

Действительная стоимость доли в уставном капитале общества при выходе его участника определяется с учетом рыночной стоимости недвижимого имущества, отраженного на балансе общества. При этом, суду следует учитывать факт выплаты доли в виде выделенного в натуре имущества и его стоимости применительно к размеру действительной стоимости доли в уставном капитале общества

Участник общества обратился в арбитражный суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью о взыскании невыплаченной действительной стоимости доли в уставном капитале общества в сумме 135 100 руб. (дело № А53-13098/2007).

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, в иске отказано; судебные акты мотивированы тем, что определение общим собранием участников общества действительной стоимости доли на основании данных бухгалтерского баланса за 2003 г., а не иных сведений о цене имущества общества, соответствует требованиям действующего законодательства; представленное истцом заключение эксперта признано недопустимым доказательством размера действительной стоимости доли, поскольку экспертом определялся размер идеальной доли истца, кроме того, в рамках дела экспертиза судом не назначалась; истцом пропущен общий срок исковой давности и срок на обжалование решений общего собрания участников общества.

Суд кассационной инстанции отменил решение и постановление апелляционной инстанции по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, действительная стоимость доли истца определена общим собранием 12.04.2004 по данным бухгалтерской отчетности за 2003 финансовый год, согласно которой стоимость чистых активов общества составила 80 000 руб.

На основании договора и акта приема-передачи от 12.04.2004 истцу передано нежилое помещение площадью 17,9 м².

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу о пропуске истцом трехгодичного срока исковой давности, установленного статьей 196 ГК РФ, в то время как ответчик заявил лишь о пропуске предусмотренного пунктом 1 статьи 43 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» двухмесячного срока на обжалование решения общего собрания участников общества.

Вывод суда апелляционной инстанции о соответствии закону оценки стоимости доли истца в размере 8 480 руб. со ссылкой на то, что он не оспаривает достоверность сведений, на основании которых была определена действительная стоимость его доли в уставном капитале общества, не соответствует материалам дела и сделан вследствие ошибочного применения закона.

Истец заявил о своем несогласии с размером действительной стоимости его доли, установленной по данным бухгалтерской отчетности; представляя заключение эксперта, в котором размер выделяемых помещений и денежной компенсации определен на основании оценки рыночной стоимости помещений, принадлежащих обществу, истец фактически оспаривает размер доли, определенной обществом в решении от 12.04.2004, и оценку этого имущества, отраженную в бухгалтерском балансе общества; по существу его требования направлены на взыскание разницы между стоимостью фактически выплаченной ему доли в виде выделенного в натуре имущества и действительной стоимостью доли, определенной с учетом рыночной стоимости имущества, принадлежащего обществу; ответчик не представил доказательств того, что балансовый учет общества отражает рыночную оценку его имущества, а стоимость имущества, установленная экспертом, недостоверна.

2. Общество обязано выплатить участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за год, в течение которого было подано заявление о выходе из общества.

Участники общества с ограниченной ответственностью обратились в арбитражный суд с иском к обществу об обязании выплатить им действительную стоимость долей в уставном капитале общества в связи с их выходом из него (дело № А53-18153/2007).

Судом первой инстанции иск удовлетворен со ссылкой на то, что действительная стоимость доли в уставном капитале общества при выходе его участника определяется с учетом рыночной стоимости недвижимого имущества, отраженного на балансе общества.

Решение было обжаловано конкурсным управляющим общества.

Отменяя судебный акт, суд кассационной инстанции отклонил довод заявителя жалобы о том, что учредители лишены права предъявлять требования к должнику в процессе банкротства. Участники подали заявления о выходе 28.12.2006, а процедура наблюдения введена определением суда 30.05.2008.

Вместе с тем, суд кассационной инстанции признал неверным расчет стоимости долей истцов.

Согласно пункту 1 статьи 26 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» участник общества вправе в любое время выйти из общества независимо от согласия других его участников или общества. В пункте 2 названной статьи указано, что в случае выхода участника общества из общества его доля переходит к обществу с момента подачи заявления о выходе из общества. При этом общество обязано выплатить участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за год, в течение которого было подано заявление о выходе из общества, либо с согласия участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости.

Абзацем 3 подпунктом «в» пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации (далее по тексту - ВС РФ) и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (далее по тексту - ВАС РФ) от 09.12.1999 № 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» разъяснено, что если участник не согласен с размером действительной стоимости его доли, определенной обществом на основании данных бухгалтерской отчетности, суд проверяет обоснованность его доводов, а также возражений общества на основании представленных доказательств, предусмотренных гражданским процессуальным и арбитражным процессуальным законодательством, в том числе заключения проведенной по делу экспертизы.

Расчет действительной стоимости доли должен производиться на основании данных бухгалтерской отчетности общества за 2006 г. и рыночная стоимость недвижимого имущества, отраженного в балансе общества, должна определяться по состоянию на 01.01.2007, поскольку заявления о выходе участники подали 28.12.2006. Однако из содержания экспертизы от 09.07.2008 видно, что расчет стоимости долей истцов осуществлялся в ценах, действующих на момент производства экспертного исследования, то есть на июль 2008 г.

3. При рассмотрении иска наследника участника общества с ограниченной ответственностью о взыскании действительной стоимости доли умершего участника общества подлежал исследованию вопрос о наличии указанной доли в уставном капитале общества.

Решением суда первой инстанции с Общества с ограниченной ответственностью в пользу истицы взыскано 934 690 руб. действительной стоимости 1/2 доли в уставном капитале общества; в удовлетворении остальной части иска отказано (дело № А53-8346/2008).

Судебный акт мотивирован тем, что истица является пережившей супругой участника общества и обладает правом собственности на 1/2 доли в общем имуществе, приобретенном супругами во время брака; в состав данного имущества входит доля в размере 65,65% в уставном капитале общества. Поскольку общее собрание общества не принимало решения о вступлении истицы в состав участников общества, ее требование о выплате ей действительной стоимости доли соответствует положениям действующего корпоративного законодательства и устава общества. Действительная стоимость доли была определена судом исходя из стоимости чистых активов общества.

Постановлением суда кассационной инстанции решение отменено, дело передано на новое рассмотрение в тот же суд. Кассационная инстанция указала, что при ново

Опубликовано: 26.07.2012 10:27 Обновлено: 21.05.2023 18:58